Генерал его величества - Страница 4


К оглавлению

4
...

Письмо ЕИВ вдовствующей императрицы Марии Федоровны, 26 февраля 1904 года

Здравствуй, дорогой Джордж. Наконец-то мне описали состояние твоего здоровья и подробности того боя. Боже мой, чего только не пишут в газетах! Спасибо милой Т., она еще 9 числа позвонила мне и сказала, чтобы я не верила никаким сообщениям о твоей гибели.

Я не все поняла в описании воздушного сражения, где ты был ранен, но главное не вызывает сомнений — ты все сделал правильно, Мишель прислал в Гатчинский авиаотряд подробное описание твоих действий с пояснениями, почему в каждый момент времени можно было поступать только так. Я знаю, как ты не любишь громких слов, но позволь все же сказать: я горжусь тобой. Кстати, Мишель мне написал: он уверен, что это не первая твоя война и не первый бой. Тешу себя надеждой, что когда-нибудь ты расскажешь мне о себе, а то ведь после двух лет знакомства я по-прежнему почти ничего о тебе не знаю.

Я не буду тебя просить меньше летать или летать осторожней — я понимаю, что такое долг. Просто помни, что в Петербурге тебя ждет хоть и не очень молодая, но все же надеющаяся на малую толику счастья женщина.

Выздоравливай побыстрее.

ГЛАВА 1

— Проходите, дамы и господа, садитесь, чувствуйте себя как дома. Чай, кофе, лимонад, сигареты — вот они. Надеюсь, знакомить мне вас не надо?

— Ну что вы, Георгий Андреевич, как я могу не знать такую женщину?

— Ах, Беня, вы меня буквально вгоняете в краску, — вздохнула Татьяна.

Встреча в моем кабинете была не то чтобы исторической, но, скажем так, не совсем обычной. Мое положение в России начала двадцатого века неплохо подходило под определение «олигарх» — достаточно высокая должность, знакомства в высших правительственных кругах и нехилый финансовый вес. Насколько я в курсе, любой уважающий себя олигарх должен иметь свою личную спецслужбу. Я, будучи в душе немножко перестраховщиком, сейчас, то есть в середине лета 1902 года, на всякий случай имел их две.

Шестой отдел Службы безопасности официально представлял собой группу моих личных порученцев и охранников, численностью рыл двадцать. Ими командовал ушлый одессит Беня, и не только ими, но еще и примерно тремястами другими, в штатном расписании не зафиксированными.

А еще в Георгиевске с моей подачи появилась очень прогрессивная организация, аналогов которой пока не было ни в просвещенной Европе, ни в свободолюбивой Америке — Департамент охраны материнства и детства. Естественно, что такие архиважные вопросы, как охрана материнства, а особенно детства, трактовались весьма широко. Этот нелегкий груз гордо несла на своих прекрасных плечах Татьяна Князева.

Ну и, понятное дело, обе службы с энтузиазмом присматривали друг за другом, во избежание… А вот сегодня их руководители впервые встретились в официальной и в какой-то мере дружественной обстановке.

— Собрал я вас потому, — сообщил им я, закуривая, — что настала пора от решения частных задач, пусть и очень важных, переходить к общим. У России, а значит, и у нас с вами есть враги внешние и внутренние. Тонкость тут в том, что даже они сами часто не знают, к какой из этих категорий относятся, поэтому разделять задачи я счел лишним. Наоборот, потребуется тесная координация всех прогрессивных сил, то есть обеих ваших контор. Итак, имеются различные подрывные элементы, они же революционеры. Имеются разведки вероятных противников. Я не верю, что этих двоих не тянет друг к другу — наверняка ищут подходы, если уже не нашли! Значит, в этот процесс пора вклиниться и нам. В конце концов, какая разница тем же эсерам, в Токио или на Алтае родился полковник японского Генштаба, от которого они получают задания и деньги? А если в упомянутом Токио кто-то решит профинансировать российских борцов за права трудового народа — мы к его услугам! Мало того что не откажемся от денег, но и в ответ можем поделиться информацией. Наконец, есть еще и третья сила — высшее чиновничество и высшая знать. Среди них очень много людей, с которыми в будущем возможны конфликты, вот список. И надо заранее озаботиться хорошими, доказательными материалами и о связях этих людей со всеми возможными разведками, и об их революционно-подрывной деятельности. Здесь будут уместны как скрупулезные расследования уже случившихся прискорбных фактов, так и некоторый полет фантазии. В общем, подумайте, посоветуйтесь… Спешка тут не нужна, но и затягивать ни к чему. При необходимости можно подключить информбюро. Обращайтесь ко мне, скорее всего, решение будет положительным.

Разумеется, я не стал говорить своим гостям, что для присмотра за их совместной деятельностью создается еще одна, третья служба, совсем небольшая… Чай, не маленькие, сами догадаются.

Прожив в этом мире первые полгода, я с некоторым удивлением заметил, что в качестве родного дома он нравится мне куда больше, чем свежепокинутый. А уж любой новосел не даст мне соврать — даже если в новом жилище и есть все необходимое, то как минимум оно расположено не в том порядке и требует перестановки. Вот я и начал — сперва потихоньку, с авиации…

Мало того что самолеты всегда были одним из моих увлечений, так еще благодаря авиастроению мне удалось помочь Гоше обрести политический вес. Общество теперь воспринимало его не только как одного из великих князей (а более информированные — и одного из самых богатых людей России), но и как покорителя пятого океана, который, найдя инженера Найденова, с его помощью открыл человечеству дорогу в небо. Тут, однако, была зарыта небольшая собачка — авиация не должна прятаться, она обязана быть на виду! А значит, наши зарубежные друзья и прочие соседи в ближайшее время могли не только догнать нас в этой области, но и, благодаря более развитой промышленности, перегнать. Поэтому на всеобщее обозрение были выставлены максимально уродливые самолеты, в которых соотношению грузоподъемности к весу приносились в жертву все остальные параметры. И вроде пока весь мир считал, что так и надо, все ведущие авиаконструкторы (ровно два — де Хэвиленд и Максим) совершенствовали свои аппараты именно в этом направлении. Хорошо совершенствовали, у меня аж душа радовалась при каждом получении подробностей об их творчестве! Более того, сейчас в качестве авиационных моторов все видели исключительно двухтактники. Надо сказать, затратили они немалые средства как на добычу секретов с нашего моторного завода, так и на свои разработки.

4